Мы в социальных сетях

Интервью

Какого художника?

Автор проекта «Погружение в творчество» Михаил Лейкин рассказал читателям МГ ЦАО, как открыть закрытые двери музеев Европы, попасть в guest-list лучших галеристов мира, телефонные книжки ведущих частных коллекционеров и о том, как заразиться искусством

Опубликовано:

,

Судя по печально сложившемуся тренду, мировой культурный рынок дает крайне скупую квоту на искусство современной России. Десятки и сотни разочарованных деятелей искусств терпят творческое бедствие уже на входе «биеннале», а их продукт так и не доходит до широкого зрителя. Михаилу Лейкину удалось стать кассовым востребованным художником на уровне джет-сета и с гордостью выставлять и продавать свои картины в частные коллекции и музеи Европы, США, Австралии и России уже более 20 лет.

Михаил Лейкин. Фото ©Михаил Лейкин

– Сегодня творчество стало профессией, и этот тренд пришел именно из западного мира. Не мешает ли такой настрой создавать культурные шедевры?

Творчество — это внутренняя неотъемлемая часть души человека. Можно творчески любить, творчески воспитывать детей, заниматься наукой, вести бизнес. В нынешнем состоянии мира, общества, большинство людей действует по шаблонам, ригидно. И, может быть, в этом и состоит миссия современного художника, поэта, писателя, — чтобы через наши произведения искусства напоминать людям о счастье быть живыми. Продукт творчества — это всего лишь следствие созвучия человека и мира, которое в потенции дано каждому. Именно поэтому картины или стихи так откликаются в других, когда они действительно созданы из этого состояния, а не имитируют его. В каком-то смысле это пророческое служение.

Судьба очень бережно и отчетливо вела меня, каждый раз давая понять, что я должен писать картины, и ничего другого.

– Вы начали рисовать в детстве?

Как и многие дети, я посещал различные творческие кружки, и родители быстро поняли, что рисование – моё. А дальше началась цепочка неслучайных случайностей: попал к хорошим педагогам, которые открыли для меня мир искусства. Анализируя свой детский опыт, я пришёл к выводу, что искусству не столько учат, им заражают. Искусство надо смаковать, от него надо кайфовать!

В процессе обучения я познакомился с легендарным Борисом Сергеевичем Отаровым (художник-нонконформист). Мне выпало счастье учиться у него в последний год его жизни. Это самая важная и определяющая встреча в моей жизни.  Борис Сергеевич изначально по профессии физик-атомщик, который в зрелом возрасте кардинально поменял свою жизнь. Он был не просто великим художником, но и философом в живописи; не только писал картины, а еще и осмыслял живопись и её язык. Он понимал, что взгляд художника — это взгляд личностный, и старался в каждом из своих учеников раскрыть и поддержать то, что в них звучало. Он учил нас что живопись – это откровение, и это главный посыл, который я унаследовал от него как преподаватель и художник. Для Бориса Сергеевича также важным и основополагающим было внимание к правде того, что пред тобою, правда мотива, и уникальное звучание цвета.

Михаил Лейкин. Фото ©Михаил Лейкин

– Ваши картины успешно продаются в Европейских галереях, в частности в Австрии, многие из них находятся в частных коллекциях и музеях по всему миру. Как пришла такая популярность?

Первую картину у меня купила дочка известного русского философа Мераба Мамардашвили. Для меня это было важно, это как благословение. Я читал его работы, ценил. Философия и тогда, и сейчас, была важной частью моей жизни, своего рода перекличкой. Алёна Мамардашвили работала вместе с моим другом, однажды он привёз её ко мне. Она посмотрела на работы (я тогда еще был студентом педагогического университета), и сразу выбрала несколько для своей коллекции.

В Австрию впервые я попал в 1989 году вместе с группой школьников по обмену. И, как это обычно бывает, по судьбе, попал в интеллигентнейшую семью известного актёра Герхарда Дорфера. Его сын Доминик Шпритцендорфер (известный австрийский оператор) стал одним из моих лучших друзей, и я стал приезжать в Австрию регулярно. Вместе с Доминком мы бродили по Вене, рисовали, фотографировали, ныряли в фонтаны, чтобы насобирать мелочь на сигареты — тогда конкурентов в этом деле почти не было. Между всем этим я почти поступил в Венскую Академию художеств, прошел все отборочные конкурсы, но не пошел на основные экзамены — надо было возвращаться в Россию.

Я рисовал на улицах Вены, Зальцбурга, порой, люди подходили и покупали мои работы. Так я продал несколько рисунков и масляных картин. Однажды мне пришла идея показать свои работы венским галеристам. Сделал фотографии работ, сложил в обычный маленький альбом и отправился по венским галереям с целью найти подходящую себе. Мне казалось, что я недостаточно хорошо знаю язык, поэтому в первые визиты меня сопровождал Доминик, а потом понял, что важно всё сделать самому. Я намечал себе маршрут прогулки на день и обязательно заходил в какую-нибудь галерею. Где-то мне предлагали выпить воды-чаю-кофе, где-то с холодным лицом посылали, где-то даже издевались — везде по-разному. Результата не было, и с каждым днём я всё более отстраненно относился к этой задаче, понимая, что хочу дойти до конца, закрыть гештальт, но если нет — так нет. Так я покорял Вену.

Рядом с мансардой, где я жил, в двух шагах от Штефансдом, находилась галерея «Австрия». Я был уверен, что туда меня точно не возьмут, и поэтому обходил её стороной. Судя по витринам, я был уверен, что галерея выставляет работы известных и уже умерших художников Австрии, и я вряд ли буду ей интересен. В последний день перед отъездом в Россию решился всё-таки зайти, чтобы поставить точку и закрыть свой список. Меня встретил поджарый пожилой человек с абсолютно белыми седыми волосами. Это был Карл Штарк, известный австрийский художник и хозяин галереи. Весьма недоброжелательно посмотрев на меня, он буркнул: что вам надо? Я сказал, что я молодой русский художник, хочу показать свои картины. Штарк почти гаркнул: «А картины где?». Я достал свой самодельный каталог — фотоальбом. Первые работы он смотрел отстраненно, а потом начал листать все быстрее и быстрее, вглядываясь в фотографии и поднося их почти к носу, а минуты через две поднял на меня глаза и спросил коротко: «Работы здесь?» — «Да, здесь, за углом…». В это же время в галерее был Виктор Ледерер, ещё один австрийский художник, и они вдвоем, закрыв галерею, отправились ко мне в мансарду смотреть работы. Причем, смотрели так быстро и хаотично, словно сомневались, что эти картины существуют или боялись, что они исчезнут. Штарк отобрал несколько работ для рождественской групповой выставки в своей галерее и сказал, что обязательно сделает мне персональную выставку. Так началось наше сотрудничество. Позже появились и другие галереи, с которыми работаю до сих пор. Всё решил случай и моё искреннее желание дарить людям своё творчество.

Михаил Лейкин. Фото ©Михаил Лейкин

– Почему успешный и известный европейский художник предпочитает жить в России?

У меня всегда есть возможность быть желанным гостем в Австрии. Много лет подряд я уезжаю туда писать на несколько месяцев. Можно без преувеличения назвать эту страну моей второй родиной, я глубоко врос в её культуру, у меня там огромное количество друзей. Наверное, я даже знаю Австрию лучше, чем Россию, просто Австрия маленькая, почти всю изъездил. И при всём этом, я очень домашний человек, у меня здесь тоже огромное количество связей, много родных, семья. Я бесконечно привязан к русскому пейзажу и русской культуре. Это правда моя любовь. У меня есть старинный особняк в Ярославской области, который я пытаюсь поддерживать и в меру своих возможностей реставрировать. Я обожаю русские песни, пою их. Мне важно быть в контакте. Как говорил Гребенщиков: «чтобы стоять, я должен держаться корней…». За несколько месяцев жизни в Австрии, я успеваю от нее устать. И хотя Вена, безусловно, гораздо более пригодный для жизни город, чем Москва, в смысле комфорта, удобства, тишины, поэзии, парков, возможности передвигаться на велосипеде, мне важна эта связь, тут жилочка, тут бьётся…

Читать далее
Добавить комментарий

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply

Интервью

Пожарный дознаватель

Опубликовано:

,

Кто выясняет причины возгорания, докапывается до самой сути, собирает доказательства и опрашивает свидетелей? Пожарный дознаватель. Эта профессия появилась 23 января 1928 года. С этого момента органы пожарного надзора были наделены правом самостоятельного расследования пожаров и установления фактов нарушения пожарной безопасности.

В этом году сотрудники органов дознания Государственного пожарного надзора отмечают 95-ю юбилейную годовщину со дня образования. Сегодня в органах дознания работают высококвалифицированные профессионалы, на чьем счету огромное количество раскрытых преступлений, в их арсенале новейшее техническое оснащение, способствующее их точному и быстрому раскрытию нарушений пожарной безопасности.

Полковник внутренней службы Виталий Палыга проработал в органах дознания 10 лет. Сегодня Виталий Викторович работает в Центральном административном округе Главного управления МЧС России по г. Москве начальником 6-го Регионального отдела надзорной деятельности и профилактической работы. В преддверии этой знаменательной даты он рассказал о тонкостях работы дознавателя, о необычных случаях пожаров, а также поделился своим опытом.

— Виталий Викторович расскажите, пожалуйста, как Вы решили стать пожарным дознавателем? С чего начался Ваш путь в этой непростой, но интересной профессии?

Это долгая история в плане того, что у нас это семейное наследие. Я недавно только узнал, что мой дед проработал в НКВД с 1937 по 1947 год. Наш отец служил в пожарной охране города Москвы, тогда это была военизированная пожарная часть. Получилась такая семейная традиция, что все мужчины у нас шли работать в пожарную охрану.

— И вы тоже стали продолжателем династии?

Да, у нас не только отец служил в пожарной охране, ещё мои братья, а их трое, и мой сын тоже пошел по нашим следам. Профессиональное становление отца происходило на наших глазах. Кстати, наша семья была награждена дипломом «Офицеры России», как офицерская семья, которая работает в органах МЧС России.

После окончания школы я по стопам отца пошел поступать в Академию Государственной противопожарной службы МЧС России в 1993 году. Тогда Академия называлась Высшая инженерная пожарно-техническая школа МВД СССР, а позже стала Академией. А после окончания пятилетнего обучения я пришёл работать в юго-западный округ столицы.

— А как раньше готовили дознавателей?

Надо отметить, что в те годы уровень дознания по пожарам был высоким. Дознанию уделялось огромное значение и внимание. Для быстрой и эффективной работы «по горячим следам» дознаватель на оперативной машине вместе с оперативным уезжали на тушение пожара. Если это был серьёзный большой пожар, на место выезжал оперативный по тушению, начальник штаба, начальник тыла, водитель, ну и, естественно, дознаватель. За 10 лет работы в дознании, я выезжал на все серьёзные пожары, аварии, ЧС.

Главная задача дознавателя – это, естественно, разобраться в причине пожара и довести дело до конца. То есть найти виновных, если они есть, причину, и доказать ее. Нельзя строить доказательную базу только на домыслах. Все обязательно должно быть подкреплено доказательствами. А для этого нужно постоянно учиться, повышать свою квалификацию. Естественно, за многие годы, пока я работал дознавателем, меня отправляли на повышение квалификации. Курсы повышения я проходил в Ивановской пожарно-спасательной академии ГПС МЧС России. Нам преподавали именно уроки по дознанию пожаров. Обучение проходило в течение месяца с зачётами, с обязательной практикой. У нас были опытные преподаватели, они нам давали многое, и все показывали на практике. В нашей профессии нельзя стоять на месте. Необходимо постоянно развиваться.

— Где проходят профессиональную переподготовку дознаватели?

У нас в России много институтов, где реализуют программы повышения квалификации и профессиональной переподготовки. В последнее время стало популярным такие курсы проводить в онлайн режиме: изучаешь, отвечаешь на вопросы, отправляешь свои работы и получаешь результаты. Раньше, конечно, таких возможностей не было. Были командировки, и людей отправляли по разнарядке в эти институты повышать квалификации. В современных реалиях эти курсы повышают уровень работы дознавателя, плюс на них узнаешь что-то новое, новые методики. Прогресс не стоит на месте, наша жизнь технически совершенствуется, поэтому и знания должны обновляться, идти со временем в ногу. В то время, да и сейчас тоже, конечно, уделялось дознанию большое значение и внимание.

— Сколько лет Вы посвятили службе в органах дознания?

Я проработал в Юго-Западном округе порядка 20 лет с 1998 по 2019 год, в частности, 10 лет дознавателем. Вырос до замначальника регионального отдела в этом же отделе, затем стал начальником 2-го регионального отдела ЮЗАО и проработал там многие годы. В этом году исполняется 30 лет моей службе. Я вырос с дознавателя до начальника регионального отдела. По воле судьбы я стал возглавлять 6-й отдел Центрального административного округа столицы.

— За все эти годы Вам пришлось работать на многих пожарах, какой из них до сих пор вспоминаете?

Самый запоминающийся пожар для меня произошел в ноябре 2005 года. Мы с оперативной группой ехали по проспекту Вернадского с проверки пожарных частей в сторону центра. Вдруг по рации передают, что происходит возгорание по адресу — проспект Вернадского, дом 23/33. Время было приблизительно около 21.00.

Мы, естественно, поскольку находились практически в шаговой доступности, говорим, что будем первыми. Подъезжаем туда и видим восьмиэтажное одноподъездное здание. Перед нами открытое горение на четвёртом этаже, то есть пламя выходит прямо на тебя, и горят уже два окна, люди на балконе просят о помощи. А поскольку мы прибыли первыми, рядом пожарной машины еще не было, нами было принято решение: оперативный, единственный кто всегда имеет средства защиты дыхания с собой, надел изолирующий противогаз и забежал сразу же в подъезд, приняв решение оповестить жителей дома, чтобы люди не выходили в подъезд на лестничные клетки.

Почему? Потому что там такая особенность конструкции здания, где одна лестница, а все коридоры выходят именно на неё. И дым был настолько плотный, что, если бы люди выходили из квартиры, они бы просто задохнулись. А почему так произошло? Из-за того, что сообщили о пожаре очень поздно, процесс горения был настолько долгим, что в этот момент горело уже две квартиры: с другой стороны дома на этом же этаже горела другая квартира и огонь уже перекинулся на пятый этаж.

— А чем же этот пожар запомнился?

Неожиданностью, в первую очередь, и тем, что нам удалось спасти людей. Когда ты дознаватель, то в основном приезжаешь уже после пожара, то есть тогда, когда пожар практически потушен или еще идет его тушение. Когда уже есть спасательные подразделения, которые приняли на себя ответственность, занимаются тушением пожара, эвакуацией и спасением людей. А тут получается, что приехали водитель, оперативный и дознаватель на место пожара. Что делать? Ну, надо сказать, сложная ситуация. Когда ты видишь, что люди на балконах кричат: «Помогите! Спасите!». А вас всего лишь трое, и нет никаких тушащих средств с собой.

В первую очередь в таких ситуациях ты не думаешь о себе, а думаешь о том, как спасти людей, и что тебе для этого нужно сделать. К нашему счастью, с округа подъехала автолестница без цистерны, мы немедленно ее развернули. В этот момент я увидел на пятом этаже женщину с маленьким ребёнком, которая просила о помощи. Тут надо упомянуть, что у меня только-только родилась дочка. Я быстро поднялся наверх по лестнице. Скажу, было очень тяжело забирать ребёнка у женщины, потому что она была сильно напугана. Любой женщине страшно отдавать своего ребенка чужому человеку. Сразу двоих на лестницу переместить было крайне тяжело. И вот после уговоров мы смогли эвакуировать их: я забрал ребёнка, спустился по лестнице вниз, отдал очевидцам, которые рядышком стояли. Поднялся за женщиной, она боялась высоты к тому же, ей было трудно перелезть через ограждение балкона и забраться на автолестницу. Мне пришлось практически перелезть на балкон одной ногой, другой держаться за лестницу, чтобы она не шаталась, таким образом перенес женщину и эвакуировал.

В этот день на пожаре мы вместе с водителем спасли ещё одну женщину с другого этажа. Трудность заключалась в том, что ее тяжело было транспортировать из-за большого веса и эвакуировать по автолестнице. Мы даже не думали в тот момент, что огонь рядом «дышит», и ты чем-то рискуешь. Тогда нужен был просто холодный чёткий расчёт и грамотные действия.

Этот пожар, конечно, был потушен, пожарный расчет после прибытия со своей задачей справился молниеносно.

— Что послужило причиной пожара?

Я бы этот случай назвал даже комичным, после проведения дознания по данному пожару. Один из жителей дома решил сделать ремонт, старый паркет покрасить лаком. Нашёл у себя на балконе старую банку загустевшего лака, поставил все это на газовую плиту на медленный огонь, начал перемешивать, произошла вспышка этих паров. Лак загорелся, и мужчина ничего другого не придумал, как набросить одеяло на открытый огонь, чтобы сбить пламя. Естественно, одеяло загорелось. Он вспомнил, что на балконе есть огнетушитель, и побежал за ним. Пока бегал, весь коридор уже полыхал, большая температура не позволила даже выйти к двери. С четвёртого этажа по балкону он перебрался на третий этаж. Кричал, звал о помощи, но никто не слышал, телефон остался в квартире, поэтому заявка о пожаре поступила поздно — квартира выгорела полностью. Тем временем огонь вышел в коридор приквартирного холла и перенесся на противоположную квартиру. Хозяин квартиры напротив открыв дверь создал сквозняк, и огонь быстро распространился на вторую квартиру, ему также пришлось через балкон перебираться на другой этаж. Поэтому выгорело две квартиры полностью. Получилась вот такая ситуация, два владельца дома не смогли вызвать пожарную охрану вовремя.

Хочется тут, конечно, обратить внимание на соблюдение правил пожарной безопасности, чтобы не было такого ущерба. Но отмечу, что никакой материальный ущерб ничто по сравнению с гибелью людей. В этом случае, слава богу, жертв не было, тогда мы спасли людей и не дали развиться пожару дальше.

— Вас, наверное, отметили за такие героические действия?

Да, я был награжден медалью «За отвагу на пожаре». Конечно, оперативный и водитель также были награждены за спасение людей. Эта история оставила, если можно так сказать, хорошие воспоминания, потому что все люди были спасены. Скажу больше, мы даже встречались с теми спасенными, устраивали чаепитие.

Не могу не вспомнить еще один случай — пожар в Ломоносовском районе юго-западного округа, который произошел в реабилитационном центре для детей с ДЦП. Тогда нам удалось с помощью трех медсестер эвакуировать 18 детей, некоторых в инвалидных креслах, на свежий воздух. В тот раз тоже обошлось без потерь, без травм, без погибших и без пострадавших. Всегда приятно вспоминать случаи, когда благодаря твоей работе подобные чрезвычайные ситуации заканчиваются без пострадавших. Приходит понимание важности этой профессии.

— Получается, что в академиях дознавателей обучают не только их специальности, но и технике пожаротушения?

Я учился с девяносто третьего года по девяносто восьмой год, тогда у нас не было разделения факультетов, нас учили всему: пожарной технике, пожарно-строевой подготовке, тактике тушения пожара – широкий спектр предметов был, включая юридически-правовые. Мы выходили из Академии специалистами широкого профиля, можно было ставить нас на тушения пожаров начальниками караулов, могли пойти работать и инспекторами. Все навыки, которые давали в Академии, они пригодились в жизни.

— У каждого молодого сотрудника есть наставник, кто был вашим наставником на первых порах?

У меня был начальник отдела – Ерусланкин Валерий Иванович. Также со мной плотно занимался замначальника управления по надзору Гришин Петр Васильевич. Был такой Богданов Ринат – мы долгие года вместе работали, он тоже многому меня научил. Он многому меня научил, как например, правильно общаться с людьми, собирая свидетельства, видеть то, что не видят все, обращать внимание на детали.

— Насколько сложная работа дознавателя и что самое трудное в ней?

Конечно, порой бывает тяжело установить причину пожара, но определить ее можно всегда. Нельзя делать выводы с одного какого-то показания и одного мнения. Ты должен к каждому вопросу подойти с разных сторон, чтобы мнение твоё было правильное и чёткое. Сейчас органы дознания государственного пожарного надзора работают с переносными пожарно-криминалистическими лабораториями. Это значительно упрощает работу дознавателя. Но самое, на мой взгляд, важнейшее качество дознавателя, которым должен обладать профессионал – это уметь находить общий язык с людьми. Здесь надо быть своего рода психологом. В каждой ситуации нужно быстро сориентироваться и задать свидетелям или пострадавшим правильные вопросы.

Хорошо, когда дознаватель приезжает очень рано на пожар. Тут вам и быстрота расследования пожара, и более достоверная информация. В момент тушения пожара, дознаватель видит, где происходит сильное горение, занимается сбором показаний. В эти минуты, когда человек находится в состоянии сильных переживаний он говорит всю правду. Он ещё не успел сформулировать свою версию защиты и рассказывает все, что видел. Это называют ещё состояние аффекта. Именно тогда дознаватель должен оформить протокол максимально подробно, так как человек потом может поменять свои показания, а у тебя уже все зафиксировано. И ты уже будешь знать из-за чего все началось. Останется просто уже подготовить доказательную базу. Поэтому всегда считалось раннее прибытие дознавателя — это практически стопроцентное раскрытие. В этот момент ты видишь динамику, видишь скорость распространения пожара, какая нагрузка была — плотной или неплотная, поджёг это был или не поджёг. То есть всё это ты сразу же видишь, так же обращаешь внимание на то, кто вскрывал эту дверь: берёшь объяснение не только с начальника караула, но и с бойцов, ведь чаще всего на крупных пожарах организуется несколько отделений по тушению, и тебе надо поговорить не только с начальником караула, но и с начальником отделения того участка, где было интенсивное горение.

— Как сейчас справляются дознаватели с определением причин пожара?

Если раньше всё было металлическое и деревянное, было легко и просто определить причину возгорания: по прогару в стене, степени обугливания мебели, по окалине на металлических деталях и конструкциях. Тут дознаватель делает выводы о продолжительности и температуре горения, месте очага возгорания. То, что на взгляд обывателя является просто пепелищем и грудой горелых развалин, для опытного дознавателя – профессиональная задачка. Если по глубине обугливания древесины ты мог определить, где происходило наибольшее горение, то сейчас используются такие материалы, по которым очень тяжело определить, где изначально находился очаг пожара.

Для проведения расследований пожаров дознаватели используют специальный чемодан дознавателя. В его комплект входят различные инструменты и оборудование. Там есть тепловизор, с помощью которого можно определить, где было наибольшее горение.

Все пожары, которые происходят, они проходят у нас через заключение лаборатории, которые дают заключение по всем вопросам, поставленными дознавателем.

— А если вообще все сгорело, и дознаватель приехал уже к концу тушения, когда совсем ничего не осталось? Как можно определить причину?

Например, выгорела квартира полностью, и зацепиться не за что. Тогда дознаватель смотрит на потолок. Потолок — это «зеркало» пожара. Дознаватель смотрит, есть ли на нем следы копоти, обвалилась ли штукатурка. И если уж сильный пожар, то в том месте, где бетон, он начнёт осыпаться до арматуры, то есть термически долгое воздействие огня приводит к такой степени выгорания, что начинает все трескаться, и даже происходит обрушение. Значит в этом месте был очаг пожара.

— Что является чаще всего основной причиной пожаров?

Практически всегда это – человеческий фактор: неосторожное обращение с огнем; эксплуатация неисправной (старой, ветхой) электрической проводки и оборудования и т.д.

Вспоминается один смешной пожар, слава богу без трагедии. Бабушка с дедушкой вызывают пожарную охрану. Пожар хоть и потушили, но тем не менее дознаватель был тоже вызван. Площадь пожара всего 0,2 квадратных метра.

Я приехал с оперативным, видим на настенном ковре небольшой обгоревший участок — загорелось и потухло. Мы осмотрели место, там не было ни электропроводки, ничего, что спровоцировало бы возгорание. Мы предположили, что они чем-то облили, может стирали этот ковер с бензином. Начали придумывать разные версии, ну не полтергейст же в конце концов. Идем на выход, а тут на наших глазах загорается пальто в шкафу. Сбиваем пламя, осматриваем место — никаких факторов, которые могли бы спровоцировать пожар.

Начинаем опять опрашивать. Тут выясняется, что с ними живет внук, который учится в 10 классе. На одном из уроков химии прошли опыты — есть такие химические соединения, когда влага испаряется с поверхности, затем вспыхивает огонь. Наверняка многие видели в фильмах, когда человек проводит рукой по столу, и через секунду происходит возгорание. И вот этот внук решил произвести впечатление на своих сверстников на дискотеке. После создания этого состава, своими влажными руками во время сборов мальчишка дотронулся до ковра, а когда доставал куртку из шкафа, дотронулся этой рукой до пальто, которое потом загорелось.

Случаев необычных возгораний можно вспоминать долго.

— Виталий Викторович, что пожелаете коллегам в эту значимую дату?

Прежде всего, хочется поблагодарить всех, кто сегодня несет службу на этом поприще, за ту ответственную и трудоемкую работу, которую они делают, и хочу искренне пожелать им успехов в службе.

Читать далее

Интервью

Остап Стужев: хоть ты лопни хоть ты тресни, нет района лучше Пресни!

Опубликовано:

,

Второй тираж шпионского романа в жанре «нуар» отпечатали уже через три недели после появления на прилавках первой партии «Правил Мерджа». Искушенный московский читатель живо разобрал новинку не глядя и «без примерки». В «Кофеманиях» центра и фешенебельных ресторанах Золотой мили снова заговорили о мажорных аферах 2010-х,
о взбудораженной русскими олигархами Швейцарии, подозрительных европейских арт-дилерах и    приторном послевкусии трендового лет десять назад M&A (mergers and acquisitions) – процесса «слияния и поглощения», ставшего на тот момент залогом роста российского бизнеса и капитала. Остап Стужев поделился секретами «поглощения» литературного рынка и «слияния» с историческим центром.

 

Вторая Родина

Так получилось, что Пресня — это моя вторая Родина. Хотя мои дед с бабкой по отцу жили на Тверской, я с моими родителями жил довольно далеко от центра, в Отрадном, на улице Бесстужевых. Сразу после армии я устроился на Пресненский машиностроительный завод, где проработал года два, пока меня не позвали в Спортотдел Краснопресненского Райкома ВЛКСМ. Конечно, все свое время я проводил в этом районе Москвы. Мы работали без выходных. Я застал легендарного первого секретаря Краснопресненского райкома Партии Федора Федоровича Козырева-Даля. Это безусловно выдающийся человек!

Одним словом: хоть ты лопни хоть ты тресни, нет района лучше Пресни.

 

Трехгорка и Бадаевский – индустрия вдохновения

Первые наброски и общая идея рождалась здесь же в центре Столицы. Дело в том, что, живя на Патриарших прудах я каждый день езжу на работу по набережной и проезжаю между корпусами Трехгорной мануфактуры и Бадаевским комбинатом на другой стороне реки.  Меня всегда поражало немного мрачноватая красота этих сооружений. Сколько не рассуждай о классовом неравенстве, но нельзя не признать, что именно индустрия, развитие производства, технологий сделали мир таким какой он есть. Поэтому первые строки романа начинаются именно там, где зарождалось могущество нашей индустрии. В огромных цехах еще более огромных фабрик и заводов.

 

Про Московский комфорт, плитку и стяжательскую Европу

Я люблю наш город здесь удобно жить и работать. В наших домах есть отопление и горячая вода. Наверное, у многих это вызовет усмешку мол это есть во всем мире. И ошибется! это не так. Я много путешествовал по Европе и Америке. Да, в отеле за 1000 евро или долларов за ночь будет весьма комфортно, тут конечно не поспоришь. Но надо иметь в виду, что, к примеру, во всей Испании нигде нет центрального отопления. И при плюс десять на улице их жилища реально превращаются в морозилку. Кстати, насчет бордюров и плитки! Несмотря на уже приевшуюся критику, считаю, что такие перемены идут на благо города, создают абсолютно новый облик нашей столицы, выводят на совершенно другой уровень. Это справедливо можно назвать подвигом! Гранит пролежит тысячелетия! Про Москву можно говорить бесконечно, но главное, это мое окружение. Это те люди, с которыми мне комфортно. С кем мне хочется разделить свое настроение и победы. Путешествуя, я выучил три языка и в отличие от многих, кто общается не напрямую, а через русскоговорящих посредников, которые сглаживают углы и стараются быть приветливыми и любезными, ведь за это они получают зарплату, я пообщался с Европейцами. Скажу честно: платишь деньги – с тобой поговорят. Нет? Значит до свидания.

 

Оптимальный 2011

Время для сюжета выбрано по нескольким причинам.

Во-первых, мне надо было показать зарождение истории достаточно издалека и те, кто действовал в начале, не должны были совсем состариться. То есть я выбрал для себя оптимальный отрезок истории, где можно было последовательно рассказать о событиях.

Во-вторых, в 20 и 21 годах все затмила эпидемия и рассказывать о ней мне не хотелось и не хочется сейчас.

В-третьих, и читатели вашей газеты первые кто об этом узнают, планируется продолжение этой истории, поэтому 2011-й год оставляет достаточно места для маневра.

 

Имперский шик и главная секретная точка

Про самую мощную точку в Москве не думал. Сказать Патрики — засмеют. Откровенно говоря, мне очень нравится имперский шик Охотного ряда.  Это нежилой район, но когда по какому-то поводу я оказываюсь там, у меня улучшается настроение дня на три.

 

В каких кварталах города встретить героев бестселлера

Все герои представляют синтез вымысла и реальности. Их поступки мотивированы той моралью, которая царила в обществе именно в те, 10-е, годы. Одна из моих читательниц написала, что книга ей не очень понравилась. Она объяснила это отсутствием положительного героя… Присмотревшись, или просто обладая большим жизненным опытом, трудно не признать в моих, зачастую отрицательных, героях настоящих профессионалов своего дела. В книге много роскоши и всего, что сопутствует успеху. Поэтому встретить моих героев можно в самых активных деловых и дорогих кварталах столицы.

 

У современного писателя…

…одна большая проблема — это отсутствие гусиного пера. Наверное, отношение к прозе пару веков назад лет было более взволнованное, ведь развлечений, кроме балета исполняемого крепостными, особо не наблюдалось. Сейчас полки забиты книгами, что в них написано, может остаться загадкой для почти всех без исключения жителей планеты.  Такое обилие книг порождает недоверие. Как читателю не потерять время? Деньги, потраченные на покупку макулатуры ничто, по сравнению с разочарованием и горечью обмана. Другая проблема — о чем писать? Все давно сказано-пересказано. На что опереться? Сюжет? Слог? Интрига? Обещания, данные в начале книги надо выполнять в ее конце, а это сложно. Не каждому дано.

 

Интеллектуальная игра

Для тех читателей, которые захотят глубже проникнуться атмосферой книги, знаток интеллектуальных игр и обладатель знаменитого приза «Хрустальная сова» Борис Белозеров создал по ней специальную игру-квиз, секреты которой он раскроет совсем скоро — 12 февраля, на специальном мероприятии, о котором я сообщу всем желающим в своем тг-канале.

 

Справка

О.Стужев — псевдоним, взятый автором по старому названию улицы в районе Патриарших прудов, где он жил до 2004 года и прописан до сих пор. Сейчас улицу Остужева переименовали, и вместо красивого звучания она получила весьма странное имя. Настоящее имя и фамилия — Зотчик Иван Николаевич. Родился 18 октября 1963 года. Вместе с общеобразовательной школой окончил физико-математическую заочную школу при МФТИ в Долгопрудном.  С 1982 по 1984 служил в армии. После демобилизации поступил в Государственный центральный Ордена Ленина институт физической культуры, который закончил получив специальность тренер-преподаватель по борьбе. Трудовую деятельность начал еще до службы в армии и продолжил ее на Пресненском машиностроительном заводе, откуда переводом ушел в Краснопресненский райком комсомола в Отдел спортивной и оборонно-массовой работы, который (отдел) возглавил в 1987 году. После 1991 года занимался бизнесом и был одним из учредителей и вице-президентом Первого концерна безопасности “ПФЗ РОДОН”. В настоящее время активного бизнеса не ведет, изредка дает частные консультации по теме M&A (merdgers and acquisitions). Женат. Трое детей. Любит спорт, увлекается мотокроссом, выезжает на трек на спорт-байке. Много путешествовал по Европе и Америке. Помимо родного русского языка свободно владеет испанским, французским и английским. “Правила Мерджа”  творческий дебют автора. К выходу готовится следующий роман.

 

Читать далее

Интервью

Лицедей в маске Maldar: «Останусь здесь и буду ждать, когда настанет тут покой!»

Опубликовано:

,

Перформансер Maldar, лицедей в маске, ставший музыкальным открытием прошлого года, делится секретами отношений с мегаполисом, тайнами вдохновения, любимыми локациями и признается в любви ЦАО.

Неординарный эксцентрик взбудоражил музыкальную сцену страны хайповым хитом «Останусь» и стихийными выступлениями на импровизированных underground-площадках Москвы и регионов. Только ВКонтакте его альбом «Пусть ненавидят, лишь бы любили ч.1» за первые два дня релиза прослушало более 20 тыс. человек.
За загадочным псевдонимом-аббревиатурой и маской из «Ванильного неба» скрывается непростая личность автора-хэдлайнера с непростой профессией в «реале», которая пока не раскрывается ни поклонникам, ни коллегам по музыкальному цеху. Любовь же к самому «центральному» победила, и городской поэт сдался!

Родился и вырос…

Я родился и вырос на восточной окраине нашего большого города, поэтому эстетически, с пеленок, впитал в себя все прелести разнообразия постсоветской урбанистики: от заброшенных гаражей «предмкадья», до нескромного буржуазного обаяния переулков Пречистенки. Разнообразные ландшафтные особенности нашей мистической и непредсказуемой столицы глобально повлияли на меня и мое творчество. Именно благодаря Москве, незабываемой энергии ее центра, повзрослев, я делюсь своим восприятием мира в стилях хип-хоп и поп-панк – самых актуальных на сегодня ритмах больших городов. Надеюсь, помогаю своим слушателям легче справляться с жизненными неурядицами и негативными эмоциями. Мы все с нетерпением ждем мира и баланса в жизни, и через свое творчество я стараюсь балансировать эмоциональное равновесие общества.

Сейчас живу…

В Басманном районе. Модные гайды незаслуженно обходят этот район стороной, хотя именно на Басманке сохранились по-настоящему, энергетически, исторические места. Басманка — это наглядная квинтэссенция русской истории в современном мегаполисе. Район удобен для проживания с семьей, для быстрой деловой коммуникации, при этом он полон загадками и мистикой: где еще можно наслаждаясь видами на сталинский шпиль слушать «музыку» каланчевки?

Любимые локации…

Центр. Не только из-за оглушающего микса архитектуры, текстуры, наполнения, человеческого драйва, а еще и потому, что в нашем ритме надо запоминать каждую встречу с отдельным зданием, сквером, гаражом, набережной, рынком и т д. Мы живем в таком уникальном месте, которое меняется раз в год. Поэтому, запоминайте каждый свой шаг по городской мостовой, второго такого скоро не будет. И второго такого города, в стиле «эклектики перемен», нет и не будет. Нам повезло.

Самая большая проблема у музыканта…

Я бы не назвал музыку и творчество своей профессией. По профессии я юрист, не совсем простой, работаю сложные проекты, и на данном этапе музыка не основной мой заработок. В творчестве самое сложное — поймать момент, когда от творческого процесса вырастают крылья. Я не пишу, потому что надо, а пишу, когда чувствую, что вот оно, пришло, тогда и композиции получаются настоящие, яркие и эмоциональные. А самая большая проблема музыканта – если ты выпустил альбом и ни разу случайно не услышал своего трека. Вот свой недавно слышал в пробке на Никитской. Радовался.

Творчество и мегаполис …

Каждая моя песня — это крик о самых важных и даже кризисных моментах жизни. А маска из “Ванильного неба» напоминает о том, что важно ценить каждый миг, даже если он трагичен, что не стоит жить мечтами и раскрашивать мир нереальными красками, о том, что аллегория скорби под сухое мартини обязательно превратится в пряный ванильный флёр. Вот такой подход.

Сегодня во всех сферах деятельности важна адаптивность, потому что сегодня выживают не сильные, и не быстрые. Сегодня выживают адаптивные. Поэтому советую научиться в условиях большого города отключаться, расслабляться и работать над внутренним миром, перестать бояться диалога с самим собой. Вот тогда можно стать сильным и при этом гибким. В процессе роста, порой через боль, очищается дух, и тогда ты ловишь свою личную эксклюзивную волну, чувствуешь бит города, дергаешь мегаполис за струны и по-настоящему открываешься для творчества.

Самый сильный трек…

Своей самой сильной композицией я считаю «Останусь» из моего альбома «Пусть ненавидят, лишь бы любили», который начал писаться в феврале 2022. Я очень тонко переживаю события последнего года, когда тысячи людей бросают Родину, свою землю, свои корни… Не берусь судить правоту их выбора, но рано или поздно все встанет на свои места. «Останусь» — трек о выборе и надежде, о долгожданном свете в конце тоннеля среди, казалось бы, несправедливого мира. Свет придет, равновесие восстановится, а историческая правда обязательно восторжествует. И мой дерзкий и немного матерный хит «Останусь» — именно об этом.

Читать далее

Trending

©2019 – 2023 МГЦАО
©2021 – 2023 ИА Московское информационное бюро, (св-во о регистрации ИА №ФС77-80638 выдано 23.03.2021 г. Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (РОСКОМНАДЗОР)).
Отдельные публикации могут содержать информацию, не предназначенную для пользователей до 16 лет.